October 14th, 2016

СЕМЬ ПИРОВ БУХАРЫ: ЧАСТЬ 2. ХОДЖА АРИФ РЕВГАРИ

В начале 13-го века Центральную Азию опрокинула волна монгольского нашествия. Орды Чингисхана сравнивали с землей целые города, поголовно истребляя жителей. Многотысячелетняя цивилизация оказалась на грани гибели.

В условиях надвигавшейся катастрофы, которую Учителя суфийской Традиции, как известно, предвидели и последствия которой предсказывали, было принято решение сосредоточить усилия одновременно по трем разным направлениям (так делалось всегда, и так делается сейчас). Первая часть суфиев переселилась в местности, не затронутые военными действиями, где учение могло быть сохранено на все еще благоприятной почве. Так поступил отец Джалаледдина Руми, перебравшийся с семьей из Балха в Конью. Суфийский поэт Саади также покинул родину, перебравшись в Багдад, тогда еще безопасный.

Вторая часть суфиев осталась противостоять завоевателям: при защите Хорезма был убит Наджмуддин Кубра, от рук монголов погиб Фаридуддин Аттар, не покинувший родного города, хотя и отославший предварительно всех своих учеников в безопасные места.

Третья группа осталась в захваченных городах, для того, чтобы исподволь направлять действия завоевателей в нужное русло, сохраняя и укрепляя, где возможно, суфийское наследие и влияние.

По Божьей воле, Бухаре было предназначено остаться одним из островков, где достижения цивилизации и учения удалось сохранить, и, судя по некоторым источникам, это произошло во многом благодаря предвидению Учителей Ходжагана.  Незадолго до смерти Ходжа Абдул-Халик Гиждувани призвал двух своих ближайших учеников, Ходжу Аyлия и Ходжу Арифа Ревгари, и велел им попытаться убедить всех членов Ходжагана перебраться в Бухару.

Ходжа Ариф Ревгари, тогда еще относительно молодого возраста, встал во главе Ходжаган и оставался в этой роли во времена монгольского нашествия. Он родился и жил в окрестностях Бухары, селении Ревгар. Согласно народному преданию, Чингисхан остановился в этой деревне, прежде чем осадить Бухару.  Основная часть жителей в страхе покинула свои дома, только Ходжа Ариф остался и спокойно работал на ткацком станке. Чингисхана удивила его невозмутимость и мастерство, с которым он работал. Он спросил Ревгари, как ему это удается. Ходжа Ариф ответил: "Мое внешнее внимание сосредоточено на работе, а внутреннее – на Истине. Я не трачу силы на беспокойство о том, что происходит вокруг меня". Чингисхан был настолько поражен таким ответом, что распорядился не трогать жителей деревни, и велел Ходже Арифу ехать с ним в Бухару.
Collapse )