?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

ЛИЛА АЙСАВА

То, что открыл нам Халил, наш ключ к сокровищнице Магриба, не всегда оказывается доступным взору не только приезжих, но и местных жителей. Мы попадали в места, куда не водят туристов, и становились участниками событий, в которых не бывает посторонних зрителей.

Одно из таких событий - лила Айсава, суфийское радение в ночь четверга.


Начало церемонии. Члены тайфы (группы) Айсава в традиционной одежде исполняют зикр, Фес, Марокко (здесь и далее фото- и видеоматериалы мои)

Сколько-нибудь значимых источников на русском языке о марокканском братстве Айсава просто нет, поэтому я приведу о них сведения, которые мне удалось услышать от Халила и найти самой. 

Айсава (Исава, Исавийя) – суфийское братство, последователи которого распространены в Марокко и других странах Северной Африки. Название братства идет от имени его основателя, суфийского святого 16-го века Сиди Мохаммеда бен-Исы, также называемого «Совершенным Шейхом» - Шейх аль-Камил. Центром братства является завийя в городе Мекнес, Марокко.

Лила означает «ночь», так называют ритуал вхождения в транс при помощи сочетания ритма и пения, который братья Айсава проводят для духовного исцеления, очищения и, если требуется, экзорцизма.


Надо сказать, традиционные общины имели хорошее представление о психической гигиене.

Те, кто слышал о дервишах маламати, знают, что их специфическое служение заключалось в извлечении и нейтрализации отрицательной энергии, которая время от времени накапливается в человеческих сообществах. Целью было не дать негативу достигнуть взрывоопасного уровня. Маламати действовали разными методами, но чаще всего провоцировали осуждение, вызывая поток негативной энергии в отношении себя, а затем, пропуская через себя негатив, уравновешивали его таким же количеством позитивной энергии или «заземляли» отрицательный заряд.

Айсава, как и маламати, эффективно «вытряхивают» из людей накопленные негативные эмоции, психическое и физическое напряжение (в традиционном мировосприятии эти сгустки энергии персонифицируются как «джинны»), только используют они для этого сочетания ритмов, движения и молитвы. Слаженная тайфа (группа) дервишей Айсава - проводник бараки основателя братства, Шейха Аль-Камила, своей позитивной силой нейтрализует выбрасываемую людьми в процессе очищения отрицательную энергию.

*****

Марокканский суфизм – весьма своеобразное явление. Тайфа магрибских дервишей – музыкальная группа. Где-то в других местах суфийские группы для достижения гармонизации собираются на беседы, совместные чтения, радения или медитации, строят что-то или плов готовят. В Магрибе они музицируют. Инструменты обучения и работы марокканских тарикатов – звук и ритм. Вместо обычных сухбата (общения), хилвата (уединения) или муракабы (созерцания) группа магрибских дервишей играет и поет.



Человек, назначенный руководителем группы – его называют мукаддам, является одновременно самым опытным и самым умелым музыкантом. Он должен в совершенстве владеть всеми инструментами, хорошо петь и знать движения священных танцев. Для того, чтобы стать мукаддамом, дервишу необходимо много лет учиться не только духовным практикам, но и всему вышеуказанному, а затем его квалификация должна быть подтверждена советом старейшин Айсава. Только после этого он может руководить другими и принимать в группу новых учеников - хаддама (буквально «служителей»). Мукаддам руководит всей церемонией лилы от начала до конца, играет ведущую партию и подает сигналы остальным участникам, когда вступать, прекращать игру или менять инструмент. Вторым по значимости человеком в группе является зеккар – тот, кто ведет зикр.


Мукаддам всегда находится в центре группы, задавая ритм на двойном барабане, который называется табла. Справа от него находится зеккар, человек, ведущий зикр.



Ударные инструменты, которые использовали братья Айсава в церемонии, где мы участвовали. Все инструменты делаются только из естественных материалов – кожи, традиционных металлов, керамики и дерева, что обеспечивает нужное качество колебаний. Г.И.Гурджиев называл это качество  «оживляющими вибрациями» - теми, что действуют на наше тело помимо движения сжатого воздуха.


В группе обычно бывает от двенадцати до двадцати учеников. (На нашей церемонии присутствовало лишь пять музыкантов, поскольку скромные размеры нашего рияда – традиционной гостиницы в самом сердце медины Феса – большего не позволяли). Старших по возрасту и опытных членов группы называют факирами, они уже не играют на инструментах, но принимают участие в зикре. Собрания группы проходят у мукаддама, дом которого становится завийей для данной общины. Когда дервиши «спелись», достигли единства и гармонии, став единым целым, они – тайфа, звено в цепи преемственности, проводник бараки основателя ордена, Шейха Аль-Камила.

Служители готовы осуществлять служение.

Церемония, называемая лила Айсава или лила суфийя – «суфийская ночь» - проводится по приглашению отдельных семей или соседских общин и действительно может занять всю ночь, с десяти вечера до рассвета. В нашем случае она была не столь долгой и длилась с девяти до полуночи. Церемония обычно состоит из трех частей – зикра, «изгнания джиннов» (млук) и апогея ночи – хадра. Каждая из частей длится около двух часов (у нас они были ограничены до часа).

Суфийская ночь начинается с зикра. У каждой тайфы есть свой уникальный репертуар духовных поэм – касыд, читаемых под ритмическую музыку. Большинство из поэм были сложены в 17-м веке на основе мистических формул, данных в откровении Шейху Аль-Камилу. По сути, это сакральные гимны, прославляющие Всевышнего, Пророка, основателя братства и других святых, да освятит Господь их тайну. Касыды, читаемые поэтами нараспев, впоследствии стали сопровождаться ритмической игрой на инструментах, что способствовало их распространению и приятию жителями Магриба.

Вот видео отрывка зикра, которым начинается лила:


В основе музыки зикра Айсава, как и вообще всей североафриканской музыки, лежит изощренный узор полиритмии – нескольких разных ритмов, наложенных друг на друга. Хаотическим этот рисунок кажется лишь неискушенному слушателю: в основе полиритмов Айсава и других орденов Магриба лежит сложная система, основанная на противопоставлении мужского и женского начал и уже известном нам принципе комплементарности.

Музыканты тайфы делятся на две взаимодополняющие части: первая ведет ритмические партии, называемые «женскими», другая – «мужскими». Одинаковые инструменты объединяются в пары. Один из музыкантов играет фиксированный ритм, неизменный и повторяющийся; он называется «матерью ритма» - хаджия. На этой основе второй музыкант «вышивает» сложный ритмический рисунок, меняющийся и полный импровизаций. Он называется звак, что буквально и означает «вышивка».

Только один музыкант может одновременно играть и мужскую, и женскую партии на двойном барабане, табла, - это мукаддам, демонстрирующий верх виртуозности. Не случайно он всегда находится в центре группы.


На этой схеме, приведенной французским исследователем братства Айсава, антропологом и музыкантом Мехди Набти, указано, как музыканты группы, играющие на одинаковых инструментах, разделяются по принципу комплементарности на «женские» и «мужские» партии. В центе всегда находится мукаддам, который может исполнять обе партии одновременно и является воплощением уравновешивающей силы.


На нашей церемонии мукаддам, насколько я в состоянии была наблюдать, на двойном барабане обычно задавал полиритм 2/3 (где на каждые 3 такта одной ритмической линии приходится 2 такта другой). Как и все ритмы Магриба, это комплементарный полиритм – сочетание четной (женской) и нечетной (мужской) линий. Два дервиша слева от него играли «женские» партии с постоянным ритмом (но отличным друг от друга), а два дервиша справа импровизировали. Все это вместе сходилось в очень сложный ритмический рисунок.

Именно полиритмия – тот инструмент, который вводит участников лилы в состояние транса.

Дело в том, что в каждом из нас действует механизм, который распознает окружающие нас ритмы, выделяет из них главный и настраивается на него. Наш мозг естественным образом синхронизирует свою доминирующую частоту с главным ритмом в нашем окружении, хотя мы этого не осознаем.

В случае музыкальной полиритмии разные ритмы конкурируют за ресурсы внимания, и оно оказывается неспособным определить, какая из ритмических линий является доминирующей. В механизме настройки происходит что-то вроде перегрузки, и он «зависает», а в фильтрах, созданных Эго (суфии называют его нафс) для контроля за входящим потоком информации, возникают бреши. В этот момент стимулы, которые обычно блокируются Эго, свободно проникают в оказавшиеся на время доступными области восприятия.

В состоянии транса или измененного состояния восприятия люди ведут себя, чувствуют и мыслят совсем не так, как обычно. Нередко к ним приходят неожиданные образы, они «слышат» мысли окружающих и чувствуют их эмоции. Часто люди в состоянии транса начинают вести себя более расслабленно и свободно физически, их движения менее подвержены контролю рассудка и социальных рамок. Люди становятся способными выражать подавленные эмоции, сбрасывать накопившееся напряжение через ритмические движения и танец.

Как раз для этого предназначена вторая часть церемонии – млук, или изгнание джиннов. Как говорят, этот ритуал стал частью лилы относительно недавно – в 19-м веке, под влиянием местных языческих традиций Северной Африки, и, судя по всему, вызванный потребностями той самой психической гигиены. В обществах, где свобода выражения, особенно у женщин, сильно подавляется религиозными и социальными предписаниями, это весьма насущная проблема.


Мбахра – ритуальная бронзовая курильница, обязательный атрибут
церемонии лилы. В ней жгут дерево алоэ, которое, как считается,
обладает очистительными и изгоняющими демонов силами.


Во время части церемонии, называемой млук, при помощи магических заклинаний «джинны» вызываются наружу, так как считается, что, заслышав призыв, они подталкивают людей, которые ими одержимы, поближе к музыкантам. Чаще всего это женщины, страдающие от различных эмоциональных расстройств, особенно истерии, причем в этой части церемонии им позволяется снимать обычно покрывающий голову платок и распускать волосы. Айсава усиливают темп и звук ударных, женщины начинают совершать повторяющиеся движения телом и головой до тех пор, пока не упадут в изнеможении. Считается, что в момент полного лишения сил наступило избавление от джинна. Музыканты соблюдают полную невозмутимость и отрешенность, в некоторых случаях замыкая круг вокруг пациента и продолжая церемонию.   

В нашем случае джиннов то ли не сильно заклинали, то ли их просто не было, но как-то обошлось без драмы. Никто не падал, хотя мы все, конечно, включая женщин, в этой фазе чувствовали себя очень свободно и раскрепощенно.

Однажды я уже описывала процесс изгнания «джиннов», которому была свидетелем. Человек, который его осуществлял, сказал, что перед тем, как он будет способен что-либо нам передать, он должен провести очищение наших эмоций и психики. Именно так были устроены многие суфийские ритуалы –  одна из их составляющих обязательно имела целью очистить низшее «я» от накопившегося эмоционального и ментального напряжения через его нагнетание, а затем катарсис. Но, как часто бывает, в имитаторских культах катарсис стал считаться концом процесса. Это можно сравнить с тем, как если бы воду вскипятили и отставили в сторону, вместо того, чтобы заваривать чай. Как сказал мой Друг, «зато как свисток у чайника свистел!»        

Однако после катарсического очищения наступает апогей и самая важная фаза лилы – она называется хадра, что означает «Присутствие». В той или иной форме хадра – часть почти всех традиционных суфийских церемоний Алжира, Туниса и в особенности Марокко. Хотя форма ее различна, суть остается неизменной – это выражение состояния мистического единения.

Почему так важен общий ритм и общий танец? Помните, о чем мы говорили чуть раньше: о механизме, который синхронизирует доминирующую частоту мозговых волн с главным ритмом в нашем окружении? Оказывается, при участии в общем действии, где используется музыка и движения, ритмические колебания нашего мозга синхронизируются не только с ритмом музыки, но и друг с другом. (Это доказано экспериментами). Не только в поэтическом смысле, но и в самом буквальном мы становимся одним целым.

Но и это еще не все. Оказывается, синхронизация ритмов мозга усиливается, когда люди при этом прикасаются друг к другу – например, берутся за руки. Вот для чего водили хороводы!

В этой части ритуала Айсава встают и разделяются на две группы, одна из которых продолжает играть на инструментах, а другая, сняв обувь, встает в полукруг и, обнявшись за плечи, начинает своеобразный танец. Движения танца очень просты – верхняя часть тела наклоняется вперед и назад, при этом на некоторые из тактов произносятся слова зикра (никуда без полиритмов!) Айсава поощряют всех присутствующих принять участие в танце, к которому мы с радостью присоединяемся...

С этого момента я не очень помню, кто, что и как делал - помню только ощущение, для которого не хватит книги, но достаточно всего двух слов: «Суфий – Один». Нет ни мужчин, ни женщин, ни детей; нет ни русских, ни берберов; ни старых, ни молодых, ни худых, ни толстых, ни умных, ни глупых – есть только Душа, и смысл Ее - в Ней самой.


Рассветный Фес – вид с крыши нашего рияда, утро после лилы

*****

Как тридцать птиц Аттара, ищущие таинственного птичьего короля Симурга, и обнаружившие, что они сами и есть Симург, мы, приехавшие искать Присутствие за тридевять земель, поняли, что Присутствие – это мы и есть. Трудно передать чувство любви и благодарности братьям, открывшим для нас этот опыт.

Но это еще не все сокровища Магриба, открытые Халилом...
Продолжение здесь.









Posts from This Journal by “суфийская музыка” Tag

Comments

zhanna_1221
Nov. 29th, 2018 04:32 pm (UTC)
Спасибо. Интересно.
Надо поразмыслить над этим.

Latest Month

December 2018
S M T W T F S
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031     

Tags

Page Summary

Powered by LiveJournal.com
Designed by chasethestars