ШИБЛИ

Однажды некий человек сказал Байазиду Бистами, что уже тридцать лет, как он молится и постится, но всё напрасно. Байазид ответил, что и за триста лет он ничего не достигнет.

- Почему? - спросил искатель просветления.

- Потому что этому препятствует твоё тщеславие, - сказал мудрец.

- Но как мне от него избавиться?

- Есть одно средство, но оно тебе не подойдёт.

- И все же назови его.

Байазид сказал:

- Ты должен сбрить бороду, снять верхнюю одежду и надеть на шею торбу с грецкими орехами. Затем ступай на базарную площадь и кричи во весь голос: «Даю орех тому сорванцу, который ударит меня по шее». Потом пройдись перед зданием суда, чтобы старейшины города увидели тебя в таком виде.

- Но я не могу пойти на это, - взмолился человек, - прошу тебя, расскажи мне о каком-нибудь другом средстве.

- Это первый и единственно возможный шаг к цели, - сказал Байазид. - Но ведь я предупреждал, что это средство тебе не понравится, поэтому помочь тебе нельзя. (И.Шах, «Сказки дервишей»)

Кажется маловероятным, что нашёлся бы человек высокого положения, согласный пройти через столь жёсткое стирание отождествления со своим статусом, какое предложил Байазид. Однако такой человек в истории суфийской Традиции был.

Звали ученика Абу Бакр Шибли, а учителем его был Джунайд из Багдада.

Абу Бакр бен Джахдар Аль-Шибли (861-946) родился не с простой серебряной ложкой во рту, а с золотой в алмазах. Отец его был управляющим двора багдадского халифа. Эта престижная должность, как и огромное состояние, перешли по наследству Абу Бакру. К тому времени Шибли был уже состоявшимся богословом-факихом, в течение двадцати лет толковавшим Писания. В зените карьеры Шибли халиф назначил его эмиром Дамаванда, области на севере Ирана.

…Здесь, в Дамаванде, теперь находится один из мазаров Шибли, куда мы с Друзьями заехали на обратном пути в Тегеран. Эта октагональная кирпичная башня 12-го века высится на холме к востоку от Дамаванда, и все бывшие владения эмира Шибли видны отсюда, как на ладони.


Вид на Дамаванд от мавзолея Шибли (здесь и далее фотографии, сделанные нами в мавзолее)

Collapse )

БАЙАЗИД БИСТАМИ

Понимание Преображенных отличается от того, что люди мира называют знанием. Знание обычного человека – подражательное, использующеe шаблоны и умозаключения. Суфии утверждают, что существует другой вид знания - прямое постижение сути вещей. Они называют его ма’рифат. Человека, достигшего способности мгновенного понимания событий вне обычного ментального процесса, называют Познавшим или арифом (oт арабского ирфан, гнозис).

Мистическое течение ма’рифат берёт начало в средневековой Персии, где в 9-м веке учил «Султан Познавших», Султан аль-арифин - Байазид Бистами. Суфии Накшбанди – той линии преемственности, к которой принадлежат мои Учителя, считают Байазида одним из главных звеньев этой золотой цепочки, и наше с Друзьями паломничество к его мавзолею было данью благодарности за силу преображения (бараку), высвобожденную в мир великим мистиком Хорасана.


Вид на мавзолей Байазида, Бастам (здесь и далее - фотографии мои и моих Друзей)


...Мы едем в родной город Байазида, и один из Друзей вслух читает истории о нём и его высказывания, по большей части взятые из книги Аттара «Жизнеописания святых» (Тазкират уль-аулийя).

Collapse )

ПТИЦЫ НЕБЕСНОГО САДА

Посещение Храма Птиц – буду называть его так – не входило в план нашей иранской поездки. Мы вообще не подозревали о его существовании, пока нас туда не привёз наш мистический Проводник, сделав изрядный крюк по пути из Исфахана в Кашан. По его словам, ничего похожего не сохранилось в Иране, а, возможно, и нигде в мире. И, действительно, мы посетили множество святилищ, но этот маленький храм запомнился нам как нечто особенное.

По словам Проводника, это место в течение нескольких веков, ещё до монгольского завоевания, было мистической школой. Таких храмов-школ было много в здешних краях в районе Нетенза, но все их сровняли с землей. Этот храм, единственный, чудом сохранил изначальную архитектуру и настенные росписи, - возможно, благодаря тому, что находился вдали от главных дорог, и монголы просто обошли его стороной. (Следует сказать, что сведений о нём я, вернувшись домой, нигде так и не смогла найти - и в наше время он так же обойден вниманием).

На карте храм обозначен как гробница Имамзаде Султана Хуссейна, однако Проводник предположил, что гробница была установлена позже, а само святое место, как и учение, отражённое в его фресках, - наследие древнеиранских, доисламских традиций.

Я спросила, была ли школа, существовавшая здесь, суфийской, и Проводник ответил, что точно знает только, что эти люди были видящими – теми, чьему духовному зрению открыты как этот мир, так и мир тонкий. Об этом свидетельствуют фрески на стенах храма – не типичные ни для христианских, ни для мусульманских, ни даже для зороастрийских мест поклонения, однако узнаваемые Проводником так, как будто кто-то запечатлел его собственные видЕния.

Росписи стен и купола храма в простоватой, даже несколько примитивной манере, напоминающей стиль народных картинок-лубков, изображают карту духовной вселенной - миров восходящего ряда с населяющими их крылатыми существами – райскими птицами, ангелами и архангелами. Несмотря на прошедшие века, атмосфера мистической Школы чувствуется здесь удивительно сильно, и во многом – благодаря росписям, сделанным художником-духовидцем.


Общий вид настенных росписей в Храме Птиц (здесь и далее – мои фотографии, если не указано иное)
Collapse )

ЯЗЫК ПТИЦ

...Я стихом соловьиным
крылатым сердцам буду петь,
Чтобы смысл уловили они, за покровами слов потаённый.

Чтобы, смысл тот усвоив, не дали б они никогда
В клетку тёмную спрятать их светлые ангела крылья.
Кто они, и откуда явились сюда,
Чтоб они никогда бы, уснув, не забыли...


Хафиз в переложении Д.Ладински
(перевод АсСалам)

...На этом языке подсознание передаёт послания «бодрствующей» части ума через символы, видения и сны.
На нём говорят мистики и провидцы, им поют псалмы, пишут священные книги.
Его называют языком богов, «птичьим наречием», «зелёным языком» -
langue verte.

«Язык птиц» называлось произведение суфийского Мастера Фарид-ад-дина Аттара Мантик ут-тайр, метафорически описывающее путешествие человеческих душ (птиц) к Богу. Название поэмы иногда не совсем точно переводят как «Парламент птиц» или «Логика птиц», но Аттар имел в виду именно «язык птиц», намекая на тайный смысл коранической строфы:

И унаследовал Сулейман от Дауда, и молвил он: «О люди! Обучены мы языку птиц (мантик ут-тайр), и даровано нам от всего сущего. Воистину, это бесспорная милость Божия» (27:16).

Цари Давид и Соломон (Дауд и Сулейман) из рода Авраама (Ибрахима) были пророками, почитаемыми всеми религиями Книги – иудейской, христианской и мусульманской. Вышеприведённую кораническую строфу толкуют как указание на способность Давида и Соломона понимать язык земных птиц. Однако за словами мантик ут-тайр скрывается знание гораздо более священное: владение таинственным наречием, которым Бог общается с ангелами, а ангелы – с пророками.


Гюстав Доре. Царь Соломон (1877)

Collapse )

УРОК АТТАРА

Земля Нишапура, древнейшей столицы Хорасана, а ныне – небольшого тихого городка, дала рождение великим сокровищам Ирана: драгоценной бирюзе и двум суфийским поэтам – Омару Хайяму и Фарид-ад-дину Аттару. Разумеется, планируя паломничество в Иран, мы подумали о Нишапуре в первую очередь... и не были разочарованы.

Ниже – история о неожиданном и бесценном уроке, который преподал нам Мастер Аттар в мавзолее Нишапура.


Мавзолей Аттара в Нишапуре (здесь и далее – фото, сделанные мной и моими Друзьями)

Collapse )

ДУХОВНАЯ АЛХИМИЯ АХМАДА ИЗ ДЖАМА

«Для работы над собой нужна энергия. Ни один человек не может совершать усилия без этой энергии. ... В мире есть люди, но их очень мало, которые связаны с Великим Хранилищем, или Накопителем энергии. Этот резервуар неисчерпаем. Те, кто связаны с ним, могут помочь другим. Предположим, что человеку нужно сто единиц энергии для трансформации, а у него есть только десять, и больше он сам сделать не может. Он беспомощен. Но с помощью кого-то, кто связан с Великим Накопителем, он может занять еще девяносто. Тогда его работа становится эффективной».


Эти слова Г.И.Гурджиева, приведенные Дж.Беннеттом в книге «Свидетель», относятся к тем из суфийских Учителей, кого называли «Осью» или «Магнитным полюсом времени» (Кутб-аз-заман).

Одним из таких людей был персидский суфий Ахмад-и-Джам, учивший в Хорасане в 12-м веке. Слава о нем как об учителе, целителе и чудотворце до сих пор жива в обширной области от востока Ирана до севера Афганистана и юга Туркменистана. (Великий суфийский поэт Абдуррахман Джами, почитаемый в Средней Азии, взял своё имя в его честь). 

Ахмада из Джама называли алхимиком, утверждая, что всё, чего бы ни коснулась его длань, превращалось в чистое золото. И такая трансмутация действительно происходила, хотя вовсе не в том буквальном смысле, в каком понимали данную фабулу любители сказок о силе.

В чём был источник чудесных деяний шейха из Джама?

Ему был открыт доступ к тому самому Великому Накопителю неисчерпаемой силы, способной просветлять всё, что входит в соприкосновение с ней. Как смог Ахмад-и-Джам стать достойным столь несравненного дара? Он вверяется Всевышним тому, кто достиг состояния духовной нищеты. «Нищета» или фахр по-персидски, от которого происходит слово факир, «нищий», - очень древний технический термин Школ Мудрости, и мы вернёмся к его сути чуть позже...

...Итак, мы едем из Тайбада в Торбат-и-Джам, стараясь до наступления темноты покинуть район афганской границы, где бывает неспокойно, и где туристам лучше не задерживаться. В области вокруг Джама, на севере Ирана, прожил бОльшую часть жизни шейх Ахмад, и здесь же находится его мавзолей, хранителями которого вот уже 27 поколений являются прямые потомки суфия...


Мавзолей Ахмада-и-Джами в Торбат-и-Джаме

Collapse )

МАВЗОЛЕЙ АБУЛЬ-ХАСАНА ХАРАКАНИ И ДЕРВИШ АЛИ ИРФАНИ

...В первый день приезда в Иран я спросила нашего Проводника, сможем ли мы встретиться с персидскими дервишами. Он ответил, что сейчас в Иране такое время, что даже само слово «суфии» лучше лишний раз не произносить. Несколько лет назад здесь произошли антиправительственные выступления, участником которых было одно из сообществ, называющих себя суфийскими. Были ли эти люди истинными суфиями или нет, но их действия привели к тому, что все суфийские ордены в Иране оказались под негласным запретом. Конечно, дервиши в Иране остались, но установить с ним контакт стало чрезвычайно трудно (как в Средней Азии в советское время). Сведения Проводника были подтверждением слов наших иранских Друзей, живущих на западе, которые советовали нам не рассказывать о нашем интересе к суфизму посторонним людям, а говорить, что мы любители персидской мистической поэзии (что мы и делали).  

Тем не менее, как заверил меня Проводник по дороге из аэропорта, внутренний голос подсказывает ему, что мы повстречаем суфиев где-то на севере – в Семнане, может быть, Бастаме. В точности где, когда и кого, он не знал, но сказал, что в самом факте встречи уверен.      

Интуиция Проводника его не подвела: дервиш Али Ирфани встретился нам в Харакане, недалеко от Бастама, в мавзолее суфия 10-11 вв. Абуль-Хасана Харакани. Нижеследующий рассказ - об этом святом и о человеке беспримерной стойкости духа, который продолжает его дело в наши дни.


Дервиш Али Ирфани

Collapse )

УЧИТЕЛЬ ТАМЕРЛАНА И ЧЕТЫРЕ СКРЫТЫХ АБДАЛА

...Пути-дороги путешествия по Ирану привели нас в Тайбад, маленький городок почти у самой границы с Афганистаном. Этот суровый и пустынный край, где почти всегда дуют ветры, сейчас стал почти что местом ссылки. Когда-то, однако, он был процветающим городом, через который проходили караваны, и большим суфийским центром. Здесь в 14-м веке учил великий мистик Хорасана Зайнуддин Тайбади, и именно к месту упокоения святого мы ехали за благословением.


...Рассказывают, что когда Тамерлан шел походом на Герат, он остановился в Тайбаде и послал своего человека к Зайнуддину Тайбади, чтобы спросить его, почему тот не выразил свое почтение покорителю мира. Суфий передал завоевателю такие слова:

«У меня до Тамерлана дела нет. Если у Тамерлана есть дело до меня, пусть приходит сам».

Collapse )

ДАР ХАФИЗА

Великий суфийский поэт Хафиз – «Солнце Персии» - упокоен в воспетом им саду Мусалла, на реке Рукнабад в северо-восточном Ширазе:

Виночерпий, мне чарку налей! Ибо нет среди райских полей
Цветников Мусаллы, нет в раю берегов Рукнабада.

«Мусалла» означает «место моления», поэтому смысл двустишия может пониматься и как гедонистическое «пей вино, наслаждайся сегодняшним днём, ведь в мире грядущем нет земных радостей», и как «Водитель, позволь мне приобщиться к вину познания, ибо состояние, достигаемое через молитву сердца, превыше любых радостей рая».


Таковы стихи Хафиза: за их очевидным смыслом, понятным человеку сего мира, всегда скрывается тайное послание, предназначенное человеку Знания. К сожалению, перевод не может этого передать. Но не только знание несёт поэзия Хафиза. Он говорил: «Я свиваю свет в слова». Или, другими словами, «я рассеиваю благодать с помощью инструментов устной передачи».

Collapse )

ВОЛШЕБНЫЙ КОВЁР ИРАНА. ПРОВОДНИК

В октябре этого года мы с Друзьями побывали в паломничестве по суфийским местам Ирана, проехав почти всю страну от Шираза и Исфахана на юге до Нишапура и Мешхеда на севере. Если бы кто-то попросил описать мои впечатления одной фразой, я бы сказала: Иран - волшебный. Я и мои Друзья часто чувствовали себя попавшими в восточную сказку. А что за сказка без волшебства и чародеев? (Об этом - чуть позже).


Слева направо: 1) мечеть Шаха в Исфахане; 2) цветные витражи Розовой Мечети (Насир-ол-Молк) в Ширазе; 3) крылатые быки с телом льва и человеческим лицом у ворот Персеполя, древней столицы Персии. (Здесь и далее - мои фотографии, если не указано иное)

Иран – совершенно не такой, о котором вы знаете из новостей.

Collapse )